ОЛИМПИЙСКОЕ ТХЭКВОНДО В ЧЕЛЯБИНСКЕ ДЛЯ ДЕТЕЙ И ВЗРОСЛЫХ!

Даосизм как идеология боевых искусств

13 Дек 2012

”Внутренние” боевые искусства Китая тесно связаны с даосизмом, и прежде поговорим, что это такое. Даосизм не возник сразу единым и цельным каноном, подобно учению Конфуция. Идеи даосизма проникали в Поднебесную через полуварварские царства, лежащие к югу от Янцзы. По всей вероятности, это были искаженные расстоянием, временем, и языковыми барьерами пересказы Вед, Авесты, и других учений Индии, Ирана, Двуречья, а возможно и древнего Египта. Так же имеет право на жизнь и другая точка зрения – Китай получил даосизм от исчезнувшей цивилизации, давшей начало и другим цивилизациям древнего мира. За давностью лет и отсутствием точных данных, опровергнуть или подтвердить эти теории нельзя.

Известно, что еще Конфуций часто встречался с отшельниками, но конструктивного общения между ними не было. Те отшельники молчали, возделывали землю, жили в удалении от других людей. Их поведение очень напоминает образ жизни ушедших из общества брахманов – йогов. Никаких теорий те отшельники не выдвигали, и ничего не проповедовали. Традиция накапливалась несколько веков, пока не нашелся человек, озвучивший ее.

Первый китайский ученый, изложивший эти взгляды ”в сочинении в десять тысяч иероглифов” был Ян Чжу. Он жил приблизительно в третьем веке до нашей эры. Его откровения вызвали бурю в среде интеллектуалов того времени. Фундаментальными идеями Ян Чжу были: 1. Каждый – сам за себя. 2. Презирать вещи и ценить жизнь.

Для общества, воспитанного на идеях Конфуция о долге, уважении, поддержании коллективной ответственности каждого перед каждым, это был шок. Тем не менее, в эпоху социальных катаклизмов и бесконечных войн идеи Ян Чжу получили быстрое распространение. Тысячи и тысячи людей уходили в отшельники, ”спасая свое тело”.

Следующий этап развития даосизма связан с именем легендарного Лао Цзы. Мы не знаем даже приблизительных дат его жизни. Текст Дао Де Цзина, приписываемого ему, датируется четвертым веком нашей эры. С другой стороны, Лао Цзы якобы встречался с Конфуцием, и давал ему наставления. Так что, либо Лао Цзы жил в 4 веке нашей эры, либо книгу написали после его кончины, либо он был современником Конфуция, прожил 800 лет, да еще и книгу написал. Вопрос этот покрыт мраком, доказать и опровергнуть ничего нельзя.

Именно Лао Цзы формулирует концепцию Дао, идею следования, и не-деяния. Это уже не примитивное убегание. Здесь есть возможность тренинга. Вооруженные этим методом отшельники начали создавать свои способы следования, передавать и совершенствовать свои практики.

Чжуан Цзы, личность не менее загадочная, чем его предшественник, обобщил этот опыт. В его сочинениях приветствуются люди, практикующие методы продления жизни, занимающиеся гимнастиками. С другой стороны, он явно раздражен попытками государства ”упорядочить стихийное движение трудящихся”. Факт неоспорим: к шестому веку нашей эры китайское государство могло достать всех. В Поднебесной не осталось укромных уголков, где можно было жить вдали от людей, трудом рук своих. Сборщик налогов, солдат, чиновник дотянулись до самых удаленных уголков государства, а снаружи империя была окружена враждебными варварами. Хочешь — не хочешь – надо крутиться!

С этого времени даосы волей-неволей были вынуждены интегрироваться в общественную жизнь. И их способы существования были замечательны.

В отличии от людей Запада, добывавших свою свободу ”отчеканенной в золоте”, эти мудрые люди копнули поглубже. Они решились взять под контроль ценность большую, чем деньги. Не много не мало – продление жизни и достижение бессмертия! Цель была грандиозной, времени было потрачено достаточно, в экспериментах приняло участие несколько миллионов (миллиардов?) добровольцев. Методы внешней алхимии были отброшены достаточно быстро. Трое императоров умерло, наглотавшись ”таблеток бессмертия”. Более устойчивые результаты дали медитативные, дыхательные и двигательные практики, называемые в наше время ”цигун”. Абсолютного бессмертия это не давало, но продление жизни, увеличение физической и духовной силы – однозначно.

Кстати, попытки достичь абсолютного бессмертия не заброшены и по наше время. С конца девятнадцатого века стал популярен ”обходной путь” – достижение бессмертия не всего тела, а прижизненное осознание информационной оболочки, и разработка методов ее стабилизации в момент ”перехода”. Но это уже слишком экзотично, и выходит за рамки нашей темы.

Итак, даосы стали существовать в социуме, как специалисты по продлению жизни, укреплению здоровья, медицине. На эту базу добавились: эзотерические спекуляции, гадание, феншуй, боевые искусства. Боевые искусства были очень самобытными. В отличие от военно-прикладных стилей, они были гораздо сложнее. Ведь запас времени и сил у даосов был больше, чем у солдат-новобранцев, которых следовало обучить в кратчайшие сроки. И сам ”рисунок” даосских движений тоже резко отличался от общепринятых в подготовке солдат древнего и средневекового Китая.

Движения даосов возникли не на пустом месте. Популярные легенды рассказывают, как отшельники наблюдали бои зверей, птиц, змей, насекомых… Но гораздо больше даосы переняли из шаманских практик. Танец дракона, тигра, змеи… В различных вариантах ушу вновь и вновь всплывали эти движения.

И конечно, боевые искусства даосов опирались на их мощные наработки в области цигун и оздоровительных гимнастик.

В спорте, чем больше человек тренируется, тем больше травм и хуже здоровье. В военном деле тоже наблюдается некий износ. Даосские системы поставлены так, что чем больше человек тренируется, тем здоровее становится. И опыт растет, и энергетика. Травматизма в тренировочном процессе нет. Разумеется, даосы не рвались применять свое мастерство на практике. Ну от пьяного солдата отделаться, ну разбойника пугнуть… Более того, мастерство маскировалось. И часто противник лежал на земле в полной уверенности, что не старик его сбил, а он сам поскользнулся. Искусный мастер не оставляет следов – гласит поговорка.

Впрочем, именно даосы постоянно становились душой и центром народных восстаний. Можно вспомнить и ”желтые повязки”, и ”белый лотос”, и тайпинов, и боксерское восстание 1901-го. Мастера ушу, люди узкой специализации, были счастливы получить наставления даосов. С развитием печатного дела многие секреты были опубликованы, и появились стили ушу, широко использующие в подготовке даосские традиции. О них и пойдет речь.

Ба Гуа Чжан – Ладонь восьми триграмм.

Возможно, в основе самого древнего внутреннего стиля был положен принцип непрерывного убегания. Не случайно ранее мелькнула фраза, что даосам приходилось крутиться. Непрерывное убегание возможно только в движении по кругу! В основе этого стиля лежит принцип кругового движения, вращения. Крутящийся волчок – это сама устойчивость, толкнуть или уронить его достаточно сложно. Пуля нарезного оружия стабилизирует свой полет вращением. Попасть в человека, вращающегося вокруг вас и вокруг собственной оси очень сложно. Удержать на нем свой захват почти невозможно.

Вероятно, древние системы – предшественники Ба Гуа были абсолютно неагрессивны. Они развивали принцип непобедимости: Знание себя позволяет избежать поражения – это непобедимость. Знание противника дает шанс победить, но не гарантирует победу. Непобедимость – это не одержание победы, а избегание поражения. В числе древних стратегий эта концепция была весьма популярна. Пусть противник растратит свои силы в бесплодных атаках. Он истощится, а победы не достигнет. Тогда его агрессивный дух будет сломлен, и он отступит. Это лучше, чем победа путем взаимного столкновения.

На эту философскую базу в дальнейшем была наложена схема восьми триграмм – символов различных изменений. Восемь триграмм символизируют различные положения ладоней и разные способы выведения силы. Удивительно, но широкому кругу людей этот стиль был неизвестен до середины девятнадцатого века. Известный мастер ушу Дун Хайчуань научился этому стилю, повстречавшись в горах с даосом. После этого искусство Дуна выросло настолько, что он стал наставником при императорском дворе. Увы, но Дун Хайчуань стал изменять это искусство, преподавая каждому ученику несколько особый вариант, и смешал изначальный стиль с другими, введя в него удары и другую агрессивную технику. С тех пор стиль постоянно трансформируется. Сложились уже сотни разновидностей Ба Гуа, сохранивших, впрочем главный принцип – движение по кругу. Некоторые считают, что японское Айкидо ближе всего подошло к изначальному стилю даосов древности.

Тайцзи Цюань – Кулак великого предела.

Предшественниками современного тайцзицюань были различные даосские стили ”внутреннего” направления, берущие свое начало от легендарного Чжан Саньфэна. К сожалению, эти стили не получили единого, письменно закрепленного канона, и к восемнадцатому веку распались на сотни вариантов, существовавших в единичном мастерском исполнении. Прямая передача этих стилей, возможно, не прекращается и до сих пор, они практикуются даосскими монахами, но расцвет их далеко позади.

Стиль, ныне известный, как современный тайцзицюань, возник в середине восемнадцатого века, когда с даосским внутренним искусством познакомились члены клана Чэнь, известные своей любовью к боевым искусствам. Этот клан подхватил и распространил древнюю традицию. Можно сказать, что семья Чэнь дала старой традиции новую жизнь.

Официальная версия времен коммунистического Китая принижает влияние даосских внутренних школ. По ней, предок Чэней, известный полководец Чэнь Вантин удалился в отставку, и на покое занялся совершенствованием своих знаний о боевом искусстве. По официальной версии, он одномоментно и создал весь тайцзицюань, а все другие школы представляют собой разные этапы деградации изначального стиля.

Противники этой версии считают, что Чэни вообще ”не при чем”. Чэни занимались жестким ушу – вариантом шаолиньских ”пушечных ударов”. Даосское искусство якобы, было передано только через одного из членов клана Чэнь – Чэнь Чансина, и в дальнейшем передавалось в семье и школе Ян. А Чэни вторично узнали о тайцзицюань лишь в двадцатом веке, когда мастер Чэнь Факэ приехал в Пекин. Он и создал современные комплексы семьи Чэнь, сочетающие и жесткое, и мягкое направление.

Вероятнее всего, частично правы и те, и другие. Действительно, изначальный вариант Чэньского тайцзи был силовым, жестким, предельно ”армейским”. Но настоящие мастера всегда открыты переменам, и скорее всего, потомки Вантина стремились овладеть и внутренними аспектами. Чэни регулярно предпринимали путешествия на юг Китая, ”ходили за Великую стену” в поисках эффективных техник. Поколение за поколением стиль впитывал то лучшее, что имелось в даосской традиции. Так стиль стал совмещать в себе старую кулачную базу и добытые по крохам осколки древнего знания. Эта внутренняя неоднородность отчетливо видна в старых комплексах семьи Чэнь, где тонкие энергетические аспекты перемежаются с грубыми армейскими приемами.

Стиль революционно изменился, когда Ян Лучань решительно избавился от грубой армейской базы и систематизировал движения на основе даосской философии. Его успех был потрясающим. Он был признан лучшим бойцом своего времени, и преподавал при императорском дворе.

Принципом Тайцзи было следующее: Любое явление в своем развитии приходит к своей противоположности. День переходит в ночь, жара в холод. Сила, переразвиваясь, обращается в слабость. Поэтому нужно дать силе противника переразвиться, уловить момент ее истощения, и тогда уже выпустить свою. Не имеет смысла жестко встречать противника. Сначала нужно использовать мягкость и правильную оценку, трансформировать атаку, перевести ее в безопасное направление, а после нейтрализации – атаковать. Исполнение Тайцзи напоминает волнообразное движение взад и вперед, вбирание и выпускание, подъем и опрокидывание. Пользуясь этим, Ян Лучань мог побеждать противников, значительно превосходящих его по физическим данным.

Второй сын Лучаня, Ян Байхоу, также в совершенстве овладел боевым аспектом Тайцзи. Его тренировки были очень интенсивными, отец доводил его до изнеможения, так что сын убегал из дому, и даже пытался повесится. Этот факт заставляет усомниться в мнении, что стиль Ян – упрощенная версия для ”ослабленных аристократов”. К сожалению, Ян Байхоу имел мало учеников, и не воспитал преемников. Традиция была передана третьим сыном Ян Лучаня – Ян Цзянхоу.

К сожалению, теперь стиль Ян действительно, известен в усеченном и упрощенном виде. Внук Ян Лучаня, Ян Ченфу, начал заниматься только после смерти отца. К тому же он располнел, и не мог даже достать коленом до локтя. Но именно его версия стиля Ян стала отправной точкой для дальнейших упрощений.

Очень быстрый отход от прикладного характера тренировок имел как отрицательные, так и положительные стороны. Тайцзи стало популярнейшим и эффективным способом поддержания здоровья, изучения на практике принципов восточной философии и стратегии. Тайцзи занимались Сунь Ятсен – лидер Китайской революции, Дэн Сяопин – ”отец” современных экономических реформ. Можно сказать, что большая часть накопленных даосами оздоровительных практик реализована в комплексах современного Тайцзи Цюань.

В наше время Тайцзи известно как лучший способ поддержания здоровья. Это доказано опытом миллионов людей. К сожалению, боевой аспект скрылся во мраке веков. Однако, в самые последние годы практика парных упражнений – туйшоу постепенно обретает новую жизнь. Не исключено, что со временем боевое искусство даосов будет реконструировано.

Син И Цюань – кулак Формы и Воли.

Этот стиль ушу возник в ту эпоху, когда Китай сильно уступал европейским державам, вооруженным огнестрельным оружием. Широкое распространение пушек и винтовок привело к пересмотру традиционных методов тренировки солдат, отказу от индивидуальной силовой подготовки. Последним всплеском воли и гордости традиционных мастеров ушу, не желавших считаться с реалиями века огнестрельного оружия, стало создание стиля Син И Цюань. Некоторые объективные предпосылки к этому были. Даже наш Суворов говаривал: Пуля – дура, штык – молодец! А китайские мастера владели своим телом не хуже, чем наши прадеды штыком. Легенды относят создание Син И Цюань к даосу по имени Дракон-Вихрь (Лун Фен). Из реальных исторических персонажей больше всего привлекает внимание имя Ли Лонена, который соединил методику движений с даосским учением о пяти первоэлементах. Ли Лонен был посвященным в тайны даосов, и его стиль с полным основанием может считаться ”внутренним”. Син И Цюань достиг своего расцвета в девятнадцатом веке, и пережил резкий упадок в начале двадцатого. Дело в том, что этот стиль не был распространен среди аристократии, так как требовал серьезных тренировок, приближенных к реальному бою. Он был популярен в тайных обществах, боровшихся против маньчжурской династии и угнетавших Китай колонизаторов. Итогом многолетней подготовки стало ”Боксерское восстание”, закончившееся ужасным поражением мастеров боевых искусств. После этого интерес к Син И Цюань упал, и этот стиль едва не исчез…

Основным принципом Син И является умение приложить максимальную силу в минимальный отрезок времени. Правильное приложение силы зависит от формы. Развитие скорости достигается длительной проработкой движений, психотехникой, умению чередовать жесткость с расслаблением. Технически это выглядит как постоянное упрощение движений, отбрасывание лишнего. Когда движение доведено до максимально возможной скорости, разум переходит в другую временную шкалу, и рассматривает быстрое движение, как долгое. Если при этом в движении обнаруживается два или несколько аспектов, то такое движение не считается единым. Это уже набор разных движений с переменой импульса внимания и соответственно, направления и скорости. Движение приводится к более цельному, необязательно прямолинейному, траектория может быть сложной. После этого движение прорабатывается на новом уровне, затем временная шкала меняется еще и еще, цикл за циклом. В результате многолетних усилий появляется возможность совершать ”дискретные” движения, когда рука перемещается из одной точки в другую без прохождения траектории, мгновенно. Конечно, это идеальная схема, но практика действительно очень впечатляет

Кроме скорости движений, в Син И необходима скорость принятия правильного решения. В парных упражнениях необходимо успеть правильно ответить на мгновенное действие противника. Для этого нужно противопоставить его элементу свой, совершив правильный выбор из пяти элементов. Здесь мы имеем дело с чистой психотехникой и с разработанным в течении тысячелетий методом. Способность к принятию правильного решения улучшается многократно!

В настоящее время Син И Цюань практикуется и как спортивное, и как традиционное искусство. Но реальная польза его еще не оценена по достоинству. В наш век гораздо более ценным является именно аспект психотехники. Это искусство может пригодиться людям, работающим в условиях повышенной опасности, в условиях резкого дефицита времени. Возможно, в будущем появится такая специальность – ”специалист по аварийному управлению”. Тогда Син И обретет второе дыхание.

Ваш отзыв

Вы должны войти, чтобы оставлять комментарии.